Саша Галицкий15 лет работает в доме престарелых и знает ответы на все вопросы о стариках.

Они не виноваты в том, что они состарились. Мы, если нам крепко подвезёт постареть, скоро станем такими же.

Не осуждайте стариков!

Они, всю жизнь полагающиеся только на себя, из-за нарушения зрения, слуха, памяти и (главное!) от страха стать беспомощными, стали нервными и недовольными. Почему они боятся? Да потому что не верят, что окружающие будут о них так же хорошо заботиться, они больше всего боятся стать обузой. А от чего такие мысли? А от того, что с течением жизни не научились доверять людям. И ещё от того, что не уверены в себе, что их можно любить, а значит переживать за них и о них заботиться.

У меня есть одна знакомая, ей уже много лет — около 90. Она до последнего времени вела студию йоги и сама учила своих студийцев принимать тяготы жизни философски и сохранять присутствие духа в разных ситиациях, однако более пессимистически настроенного человека мне давно не приходилось встречать.

Однажды я позвонил ей по телефону спросить как ее здоровье после операции.

— Ты? Звонишь?! Мне?! — прозвучало в ответ, — Спасибо!!!

Она не представляла, что кто-то может вот просто так поднять трубку и поинтересоваться ею, что кто-то вообще на этом свете помнит, что она еще существует.

Больше всего на свете они боятся стать немощными. Поэтому при любом нарушении привычной жизни они впадают в панику от страха. Ну и соответственно, из-за недоверия к другим, во всех своих грехах видят козни окружающих. То есть всё взаимосвязано.

То, что валится на нашу голову — все эти негативные проявления характера и сцены — это ни что иное как знак того, что человек сам не способен справляться с своими потерями, как физическими, так и социальными.

Понимая это, нам остаётся лишь быть чуткими. Кстати, старые люди легко распознают наигранное. Плохо видящий увидит усмешку на лице, глухой услышит фальшь в голосе. Они почувствуют разницу между равнодушным похлопыванием по плечу и любовным касанием.

Больные деменцией проницательнее здоровых!

Мы должны обладать чуткостью, испытывать симпатию к пожилому.

Это тяжело.

Принцип один — надо быть сопереживающим, не осуждающим человека, творящего и говорящего иногда невообразимое.

Главная работа заключается в том, чтобы не дать им почувствовать себя одинокими, и, если возможно, помочь им, выслушивая их без пререкатетельств и осуждения.

Помните про их внутренний страх перед переменами, которые с ними происходят. Они-то всё это видят, хоть и не признают, и происходящее их пугает.

Недостаточно ориентированные люди не доверяют безоговорочно никому. Они боятся, что если покажут и выскажут свои настоящие эмоции, то никто их не будет слушать, потому что они себя чувствуют ненужными, ничего не стоящими. У большинства чувство одиночества и горечь.

Человек годами собирал тлеющие в нём чувства, те, что были просто подавлены, а не «решены и отпущены».

Очень пожилые люди, которые твердо засели в каких-то незабытых обидах, неверных поступках, чувстве вины, часто возвращаются в прошлое, чтобы наконец разрешить свои внутренние конфликты. Они подготавливают себя в последний путь и должны вытряхнуть «грязное белье», которое собирали в течении жизни. Они заняты тем, что наводят порядок в душе.

Это глубоко человеческая потребность — умереть в мире с собой.

Собирая материал для будущей книги, я почерпнул очень много у Наоми Файл (Naomi Feil, род.1932 в Мюнхене) — геронтолог, социальный работник. Детство провела в доме по уходу за пожилыми, при котором жили и работали её родители. Она больше 40 лет ухаживала за больными и считается лучшим геронтологом в мире.

Саша Галицкий написал книгу о том, как общаться с пожилыми родителями и остаться в здравом уме. Она называется «Мама, не горюй». В электронном виде ее уже можно купить.