Саша Галицкий15 лет работает в доме престарелых и знает ответы на все вопросы о стариках.
© Thomas Verbruggen / Unsplash.com

Сейчас меня разорвут на части. Получить удовольствие от общения со стариками практически невозможно. Мне лично при встрече первым делом хотелось вежливо сказать родителю: «Знаешь папа, ты оставайся здесь — а я пойду нах-й».

Глава 5. Можно ли вообще получать удовольствие от общения со стариками?

Это не значит, что родителей мы не любим. Любим. Но уж слишком много препятствий мешают получать удовольствие от общения с ними. Главное — это зависимость. Ну, просто некуда от пожилых родителей деться, некуда деться от необходимости общения с ними — не по желанию, а по обязанности.

Эту вынужденную привязанность друг к другу они ощущают ровно также, как и мы. И обычно считают, что не будь они нашими родителями, мы бы с ними вообще дела не имели.

Неважно, правда это или нет. Они в этом уверены, уверены в том, что мы общаемся с ними только для очистки собственной совести. Для «галочки».

Это я к чему? Это я к тому, что и они вообще-то в большинстве случаев от общения с нами тоже удовольствие получают не огромное. А то и вовсе никакого.

И поскольку уж это так, то может лучше и не стараться? Я серьезно.

Мне кажется, главная причина того, что мы не получаем удовольствия от общения с пожилыми родителями заключается в том, что мы очень сильно, обязательно, непременно хотим это удовольствие получить и ужасно огорчаемся, когда из этого ничего не выходит. Огорчаемся потому, что считаем — значит мы что-то делаем неправильно. Поскольку когда правильно, то оно, удовольствие, непременно должно быть.

На самом деле это не так. Удовольствие от общения с пожилыми родителями — огромная редкость, исключение из правила, почти невероятная удача.

И если не ждать этого пресловутого «удовольствия», не пытаться его старикам и самим себе в обязательном порядке «доставить», то на душе сразу станет лучше, легче и проще — и нам, и им.

Главное вот что — нельзя ни на секунду забывать, что они нам не друзья.

Взаимного откровения, взаимного понимания, взаимного удовольствия от вместе проведенного времени, которые столь характерны для отношений хороших друзей — в отношениях с пожилыми родителями не будет.

Мы никогда не сможем понять их так, как мы понимаем своих друзей. И они также не смогут понять нас. Это факт.

Ни один — подчёркиваю, ни один — из огромного количества стариков, с которыми я общался на протяжении последних 15 лет, не является в моём понимании адекватным человеком, с которым можно общаться легко и непринужденно.

То есть все они, без исключения, отличаются от людей обычных, нормальных и соответствующих нашей общепринятой норме.
Сказанное выглядит страшной дикостью. Может быть, даже жестокостью. Но я обещался писать правду. Вот и пишу.
Пожилые люди живут в других, отличных от наших, системах координат. ОНИ — ИНЫЕ. Как дети — иные, с точки зрения, взрослых. Как взрослые — иные, с точки зрения, детей.

Да, с большинством из стариков можно поговорить. Да, они могут рассказывать удивительные истории. Да, они способны любить, шутить, читать, петь песни, танцевать, смотреть телевизор, есть, пить — все, как мы. НО ОНИ — ДРУГИЕ. ОНИ НЕ ТАКИЕ, КАК МЫ. У них другие мотивации, другие ценности, другие нормы.

И сколько бы мы ни пытались их «переубедить», сколько бы ни надеялись заставить их жить по нашим правилам, из этого ничего не выйдет. Поэтому и любые попытки общаться со стариками так же, как вы общаетесь с женой или мужем, с друзьями, коллегами, сверстниками заранее полностью обречены на провал.

Пожилые родители нам не друзья. Пожилые родители нам — пожилые родители. Это предельно специфический, особый вид взаимоотношений, построенный на необходимости общения, и по самой своей сути являющийся не удовольствием, а испытанием. Испытанием на нашу способность помогать им, любить их, уважать их, такими какие они есть, а не такими, какими мы всем сердцем, очень сильно хотели бы, чтобы они были.

Единственный доступный способ получать удовольствие общения со стариками заключается в том, чтобы научиться это испытание ценить. Научиться ценить то, чему мы, благодаря этому испытанию, учимся.

Помните, как в детстве играли на слабо? А слабо с забора спрыгнуть? А слабо бассейны по диагонали пронырнуть?

А слабо провести целый вечер с родителями и при этом не разу не сорваться?! Слабо не попасться на удочку всех советов, нравоучений, вопросов, жалоб, страхов и причитаний?! Слабо поставить себе целью не раздражаться и не раздразиться?

Это и есть тот единственно возможный вид удовольствия от общения со стариками. Он заключается в том, чтобы, общаясь с ними, получать удовольствие от того, чему благодаря этому общению научился, от своей приобретенной тяжелым трудом способности оставаться позитивным, не срываться в негатив, не поддаваться на провокации и любить их, несмотря ни на что. Абсолютно безвозмездно любить, кстати. Ага.

Мне-то ведь повезло — я люблю стариков за деньги. В мире существуют всего два вида продажной любви. Один из них — это работа в домах престарелых, чем я с успехом и занимаюсь.

— Скажи, — сказал мне вчера Меир (82), — а у тебя дома есть водка?

— Зачем? — спросил я.

— Чтобы в себя приходить после общения с нами!

Ну что вам сказать. Конечно, есть. А как же иначе.

Саша Галицкий написал волшебную книгу о том, как любить своих пожилых родителей, несмотря ни на что. Она называется «Мама, не горюй». Узнайте о ней больше.